Авторизация

 
  •  Для поклонников «Игры престолов» выпустят коллекционное вино 
  •  Украинцы не готовы проголосовать за особый статус Донбасса, - опрос 
  •  Вашингтон ограничивает передвижение по США российских дипломатов 
  •  Brent пытается удержаться выше $53 за баррель 

Почему от Блока Порошенко на выборы идут даже экс-регионалы?

Почему от Блока Порошенко на выборы идут даже экс-регионалы?О молодом политике Сергее Березенко широкая общественность узнала на громких довыборах по 205-му округу Чернигова, где он победил Геннадия Корбана, соратника Игоря Коломойского. Но в политических кулуарах о роли Сергея Березенко в команде действующего президента известно давно: после победы на президентских выборах Пётр Порошенко доверил 30-летнему Березенко руководство Государственным управлением делами.

На парламентских выборах 2014 года он отвечал за выдвижение кандидатов от БПП на мажоритарных округах по всей Украине. А с осени Березенко уже не только народный депутат, но и заместитель руководителя штаба Блока Петра Порошенко. Сам глава государства его далеко не отпускает — даже рабочий кабинет Березенко располагается в Администрации президента, внештатным советником которого он стал.

Не допустить реванша

На парламентских выборах 2014 года вы отвечали за выдвижение кандидатов от Блока Порошенко по мажоритарным округам. Каковы ваши функции в штабе на местных выборах?

— Я заместитель руководителя штаба по агитационной и организационной работе. Мы выдвинули 28 тыс. кандидатов. И этих кандидатов нам приходилось согласовывать с УДАРом, многие представители которого раньше тоже рассчитывали баллотироваться. Например, в Коломые есть видный представитель УДАРа, который находится в жёстком персональном конфликте с местным представителем БПП. Сейчас им сказали: договоритесь между собой, кто-то должен уступить. Но они готовы на что угодно, только бы не дать дорогу друг другу. Для разрешения таких конфликтов мы создали переговорные группы между нашими партийцами и ударовцами. В итоге везде удалось договориться.

Была информация, что в большинстве регионов около 25% мест в избирательных списках должны получить ударовцы. Остальное — за БПП. Удалось соблюсти пропорцию?

— Квоты — это спекуляция. При таком масштабе выборов соблюсти их нельзя в принципе. Поэтому в регионах, где есть сильная организация УДАРа, именно она становилась ядром списка, и наоборот. Мы объяснили нашим кандидатам, что по нынешней системе выборов никому попадание в советы уже не гарантировано — для этого надо выиграть своеобразный праймериз в день голосования. Так что чем больше сильных кандидатов идёт по округам, тем больше мест получит партия. Если партия с рейтингом, скажем, 10% выдвинула во всех округах сильных кандидатов, то за счёт этого она вполне может набрать 30% и больше. Плюс бонусы из-за достаточно высокого проходного барьера в 5%. Полагаю, во многих регионах ряд партий наберут по 4–4,5%, значит, их проценты перераспределят между победителями.

Наш край лучше Оппоблока

С какой целью в списки БПП в ряде областей включены бывшие регионалы, притом не рядовые представители ПР, а видные функционеры? Некоторых даже обвиняли в организации антимайданов и поставке титушек в Киев.

— К сожалению, имея 28 тыс. кандидатов на разных уровнях, сложно отследить полную "чистоту списков", чтобы в них не оказались спорные личности. Мы готовы продолжать обсуждение кандидатур и решением партийных конференций исключать опальных из списков.

С другой стороны, хотел бы предостеречь от излишней категоричности. Надо тщательнее оценивать каждого кандидата. Ведь если есть человек, например, главный врач больницы, который многие годы работает на своей должности, но в силу сложившихся в Украине реалий поочерёдно вступает в различные партии власти, начиная с НДП и заканчивая ПР, просто для того, чтобы и дальше иметь возможность поддерживать свою больницу на плаву и помогать людям, если ему доверяет местная община — неужели мы должны от него отказываться? Такие люди, по-моему, могут баллотироваться. А всех одиозных персонажей мы заинтересованы выбросить из наших рядов.

Новый политический проект "Наш край" называют детищем Блока Петра Порошенко. Его запустили, чтобы в ряде регионов не допустить победы Оппозиционного блока?

— Насколько я понимаю, "Наш край" — организация, которая объе­динила действующих городских голов, желающих добиться успеха в своих регионах. Ни Блок Порошенко, ни те люди, с которыми я работаю в штабе, никакого отношения к "Нашему краю" не имеют. Кроме того, по нашей внутренней социологии, проект "Наш край" уже начал забирать голоса у Блока Порошенко, например, в Николаевской области. И это меня беспокоит.

Как с этим согласуется то, что народный депутат от БПП Максим Ефимов на днях лично презентовал команду Нашего края в Краматорске?

— У нас с ним состоялся серьёзный разговор по этому поводу. Но Ефимов никогда не был членом нашей партии. Он победил на выборах как самовыдвиженец, а после присоединился к нашей фракции. В самом Краматорске идёт серьёзная борьба между БПП, Оппоблоком и Нашим краем. Конечно, мы прилагаем усилия для победы БПП, но если выбирать между командой Ефимова и командой Георгия Скударя, который представляет Оппоблок, то лучше мы будем сотрудничать с Ефимовым. Он, в отличие от оппоблоковцев, сознательный украинец, он завтра не выйдет на улицу с российским триколором.

С кем БПП будет готов входить в большинство в местных советах?

— Мы отлично понимаем, что одной партией сформировать большинство почти невозможно. Даже если партия выиграет во всех округах, она вряд ли получит 50% мест. И мы готовы будем объединяться со всеми, кто разделяет наши взгляды на развитие Украины, со всеми, кроме Оппоблока.

Продать всё

Вы больше года руководили Государственным управлением делами. Но деятельность этого органа для многих так и не стала понятной и открытой. Почему?

— Позволю не согласиться с вами. Мы первыми открыли структуру ГУД, полгода проводили инвентаризацию собственности. Никто до сих пор не мог понять, какие объекты входят в эту структуру. Янукович в своё время поставил на учёт ГУД самолёты, автомобили, вертолёты, но всё это было в собственности частных фирм. Многие активы, которые содержались за счёт госбюджета, уеха­ли вместе с бывшим президентом. Мы всё официально обнародовали, дали доступ любым СМИ к любому объекту. Мы хотели показать, что нечего скрывать.

Ни один чиновник из Администрации президента не поселился на государственной даче, как это делалось раньше. Мы отказались от финансирования государственных дач, поселили в них 160 обычных украинских семей, которые платят за проживание арендную плату.

Мы открыли Синегору и Залесье для экскурсий. В чиновнической Феофании пролечили 230 бойцов с тяжёлыми ранениями. Переселенцы из зоны АТО теперь могут лечиться в ГУДовской столичной поликлинике №2 на Печерске.

В Пуще-Озёрной возобновили "Артек", дав возможность работать воспитателям и вожатым, которые покинули оккупированный Крым, а также открыли тренинговый центр для Первого добровольческого медицинского батальона.

Перед тем как Янукович стал президентом, прибыль ГУД составляла около 30 млн грн в год. Но в 2012–2013 годах вместо прибыли были сплошные убытки — порядка 40 млн грн. Реализовывалась привычная схема: довести объект до банкротства, войти в процедуру ликвидации или санации, после чего забрать актив по дешёвке. За последний год мы вышли на безубыточность, и уже в 2016-м ГУД может рассчитывать на прибыль.

А зачем ГУД в принципе владеть аптеками, парикмахерскими, водочным заводом и так далее? Не проще ли оставить в собственности лишь те объекты, которые непосредственно связаны с реализацией функций управления страной, как, например, в Польше?

— В ГУД нет ни парикмахерских, ни аптек — могу вам это сказать точно. Нужны ли такие активы, как водочный завод? Совершенно не нужны. Ещё в прошлом году из списка объектов, которые не подлежат приватизации, мы предложили исключить, к примеру, Житомирский ликёро-водочный завод, издательство "Пресса Украины", отель "Днепр". К сожалению, Верховная Рада нас не поддержала. Думаю, надо поступить иначе: не вносить всё скопом, а разбить перечень объектов ГУД на небольшие группы, и тогда парламент, возможно, откроет дорогу к приватизации объектов, которые оставлять в госсобственности нет никакого смысла. Но продавать нужно по рыночным ценам.

С поддержкой Саакашвили

Широкой общественности вы стали известны после громких выборов в 205-м округе. Ощущаете ответственность за то, что выборы в Чернигове были далеки от демократических стандартов?

— У меня нет никаких сомнений, что я победил на этих выборах честно. И, как показали результаты выборов, таких сомнений не было и у избирателей. Кроме того, наблюдатели от Опора и Комитета избирателей Украины засвидетельствовали, что голосование прошло демократично, а эти организации вряд ли кто-то упрекнёт в ангажированности.

За меня проголосовали 36%, за оппонента — 14%, я победил на всех участках, кроме одного. И результаты выборов были оглашены быстро и чётко. К нашему штабу не было претензий.

Я благодарен жителям Чернигова за то, что, несмотря на раздачи моими оппонентами огромного количества продуктовых наборов, черниговцы определились: за гречку они голосовать не будут. Попытки через подконтрольные оппонентам СМИ приклеить мою команду к каким-то подкупам — это лишь следствие того, что президент взял курс на деолигархизацию. А депутаты, которые тогда выступали против меня на одном популярном телеканале, причастны к некой финансово-промышленной группе. Хотя, к сожалению, эти депутаты прошли в Раду как кандидаты от БПП.

Не все. Борис Филатов, к примеру, был самовыдвиженцем.

— Да, но он шёл в бренд-буке Блока Порошенко и при поддержке Блока Порошенко. Если все эти депутаты такие искренние патриоты, уверенные в своей поддержке избирателями, то пусть сложат мандаты и скажут: "Мы шли от БПП, сейчас мы против этой политсилы, поэтому предлагаем избирателям ещё раз оказать нам поддержку, но уже как кандидатам от другой силы". Так нет же — они устроили травлю той партии, которая привела их в парламент.

А если бы у вас за спиной не стоял Блок Порошенко, если бы к вам не приезжали вип-агитаторы а-ля Михаил Саакашвили, если бы не был создан Совет регионального развития Черниговщины, который вы возглавили, — смогли бы победить?

— Да, я представитель команды президента, и говорить, что победил бы сам, — лукавство. Так что я очень благодарен Саакашвили, который решился меня поддержать. Думаю, вы скоро увидите Михаила и в других регионах страны, например, в Днепропетровске. Я благодарен и тем народным депутатам, которые приехали поддержать меня — без этой поддержки мне было бы намного сложнее.

Читайте также: На местные выборы идут 132 политические партии

За Черновецкого не стыдно

В 21 год вы стали депутатом Киевсовета, вскоре — советником тогдашнего мэра Киева Леонида Черновецкого, в 30 лет возглавили ГУД. Какую роль в карьере сыграл ваш дядя Анатолий Матвиенко, народный депутат многих созывов и товарищ Петра Порошенко?

— Влияние дяди на моё становление началось задолго до 2006 года, когда меня избрали депутатом Киевсовета. Анатолий Матвиенко в политике уже много лет. Он для меня всегда был авторитетом. Когда я был маленьким, меня интересовало, чем он занимается, почему постоянно в командировках. С 6–7-летнего возраста я ездил с ним по стране. Конференции, заседания — мне было очень интересно. Став постарше, я уже занимался агитацией его партии на выборах.

В 2006 году Анатолий Матвиенко познакомил меня с Леонидом Черновецким, который в то время был народным депутатом от Нашей Украины Виктора Ющенко. Вместе со своими сокурсниками из Могилянки я вошёл в команду Черновецкого, где занимался исключительно молодёжной политикой, возглавляя Главное управление по вопросам семьи и молодёжи КГГА. Мне кажется, мы смогли сделать немало.

Вы гордитесь своей причастностью к Блоку Черновецкого?

— Я горжусь, что на своей должности работал честно и упорно. Готов нести ответственность за то, что делал, будучи чиновником. И хочу заметить, что обвинений в адрес тех, кто в КГГА занимался вопросами семьи и молодёжи, — нет.

Политической ответственности за работу в "молодой команде" не ощущаете?

— Политическая ответственность, безусловно, должна быть. Когда коррупционные схемы были вскрыты, я ушёл с должности в КГГА, это было в 2009 году. Весной того же года я вышел из Блока Черновецкого в Киевсовете, наверное, самым первым из депутатов.

Потом я принимал активное участие в политической жизни, был активным членом Фронта змин Арсения Яценюка. Возглавлял Подольскую районную организацию ФЗ. В моей ячейке значились и сам Яценюк, и Андрей Пышный, и другие тогдашние лидеры партии. Фактически до начала 2014 года я работал в команде Объединённой оппозиции.

Как и когда вы вошли в команду Порошенко?

— Я познакомился с ним в 2012 году во время парламентской избирательной кампании. С тех пор мы поддерживали контакты. Уже тогда чувствовал себя человеком его команды. Помните, во время Майдана никто не рассчитывал, что Порошенко станет реальным кандидатом в президенты, говорили про Арсения Яценюка, Виталия Кличко, Олега Тягнибока. Но я уже тогда понимал, что именно Порошенко должен взять на себя ответственность за страну в условиях нарастающей российской агрессии.

И за это Порошенко доверил вам руководство ГУД.

— Он доверил мне важный участок работы, но потом меня же и отпустил, когда я решил идти в парламент.

Это было ваше личное решение?

— Да, потому что отсиживаться на должности главы ГУД было бы неправильно. Для меня как для молодого политика это тупиковый путь. Центр принятия решений сейчас в парламенте. И я не жалею, что на этом пути мне довелось пройти через кампанию в 205-м округе. Это однозначно сделало меня сильнее.

Вы планируете занимать какие-то должности в Раде?

— Я пошёл рядовым членом в комитет по здравоохранению. Что касается фракции, я считаю, что Юрий Луценко — безусловный авторитет, лидер, человек с огромным жизненным и политическим опытом, его заместитель Игорь Кононенко — тоже на своём месте. Если нужно, они могут рассчитывать на мою помощь.

Если Кононенко наконец-то перейдёт работать в правительство, о чём говорят с начала года, вы займёте его место?

— Давайте сначала дождёмся изменений в правительстве.

Сейчас парламентская коалиция в целом существует скорее формально: под каждое важное голосование голоса приходится буквально собирать. Как долго парламент сможет функционировать в таком режиме?

— Я считаю, что в этом и есть суть демократии. Это говорит о том, что коалиция создана не искусственно под кого-то или под каким-то давлением, это в первую очередь фракции тех политических сил, которые люди избрали после Майдана. Каждый имеет свою точку зрения, и для того чтобы принять сложные решения, нужно проводить профессиональные дискуссии. Поэтому следует сделать всё, чтобы решения принимались силами коалиции. Находить истину в дискуссиях до захода в сессионный зал. А там уже голосовать консолидированно.

Могут ли досрочные выборы стать выходом из текущего парламентского кризиса, при каких условиях АП может на них согласиться?

— Мне кажется, что досрочные выборы сейчас не актуальны. Поскольку количество депутатов, которые входят в коалицию или хотят входить в коалицию, значительно превышает любой формат коалиции, существовавшей до этой. Всё зависит от личной дисциплины депутатов. От понимания того, что от их работы зависит ситуация в стране.
Источник: focus.ua
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
Оставить комментарий
Видео дня
Новости
  • Последние
  • Читаемое
  • Комментируют
Календарь публикаций
«    Декабрь 2016    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031