Авторизация

 
  •  Причиной смертельной перестрелки в Днепре назвали "экономические интересы" 
  •  Сeпаратисты сбили беспилотник OБСE в райoнe Дoнeцкoй фильтровальной станции 
  •  Донецк и Авдеевка oстались без воды 
  •  Бoeвики oбстрeливали украинскиe пoзиции из «Градов» и минометов 

История как оружие пропаганды: Россия – Украина – Польша

История как оружие пропаганды: Россия – Украина – ПольшаИзраильский национальный мемориал Холокоста и Героизма «Яд ва-Шем» ежегодно посещает более миллиона желающих. Его сотрудники и до сего времени в архивах разных стран отыскивают свидетельства о евреях – жертвах нацистских преступлений, а также евреях – участниках Движения сопротивления, которые боролись с фашизмом в составе армий стран антигитлеровской коалиции и партизанских отрядов. На сегодняшний день там собрано около 62 миллионов листов, 267 500 фотографий, а также тысячи видеосвидетельств очевидцев Холокоста.

Тем временем, где-то на полках польских архивов пылится свыше 1500 страниц машинописного текста протоколов 77-и заседаний судебного процесса над Эрихом Кохом, который длился целых 4 месяца и 17 дней – с октября 1958 по май 1959 года. В отличие от документов Нюрнбергского процесса, в СССР и в независимой Украине эти материалы не переводились и не издавались, а следовательно, как источник исследования истории Второй мировой войны, украинским историкам малодоступны. А жаль, поскольку книга польских журналистов Славимира Орловского и Радослава Островича «Эрих Кох перед польским судом» (Москва, издательство Института международных отношений, 1961 год) свидетельствует, что там собрано немало свидетельств очевидцев, документов, экспертиз о преступлениях немецких оккупантов на территории Украины.
***

«Горе побежденным», – сетовали древние римляне, осознавая, что военное поражение означает не только уничтожение или превращение их в рабов, но и овладение их историческим прошлым. Они хорошо усвоили, что исключительное право толковать историю принадлежит победителям. «История – это политика, обращенная в прошлое», – такую формулу взаимоотношений государства с исторической наукой на долгие годы господства в СССР коммунистической идеологии определил видный историк-марксист Михаил Покровский. Через сталинские лагеря, кадровые чистки, удаления произведений из библиотек, долгие годы запрета и ограничений на профессиональную деятельность прошло немало советских историков. Времена менялись, однако древнегреческой музе истории Клио в период «развитого социализма» не удалось защитить от бдительного ока «партийного контроля» даже исследователей средневековых текстов. Так, известный казахстанский поэт, писатель, литературовед, дипломат, общественный деятель Олжас Сулейменов (который, кстати, пишет свои произведения на русском языке – примечание автора), избежал исключения из рядов КПСС и дальнейшей травля только благодаря заступничеству целинного друга Леонида Брежнева, лидера ЦК Компартии Казахской ССР Динмухамеда Кунаєва. Причина – оригинальное прочтение Сулейменовим «Слова о полку Игореве» и выводов, которые он обнародовал в книге «Аз и Я», вследствие основательного лингвистического исследования тюркских элементов этого произведения. Больше всего разозлило верных адептов коммунистической идеологии из числа академиков-русофилов то, что Сулейменов осмелился выдвинуть оригинальные гипотезы по поводу основания Киева хазарами и происхождения князя Игоря Святославовича от матери половчанки.
***

История – наука политизированная. С древнейших времен ни одному историку, даже самому образованному, самому смелому или самому благородному не удалось избавиться от тенденциозности и политических симпатий. Впрочем, незадолго до падения Берлинской стены и краха СССР в 80-х годах ХХ века в Германии зародился феномен, который получил название «историческая политика», как крайняя форма политизации истории. Устоявшегося определения этому явлению в Украине пока не выработано. Есть варианты, предложенные российским ученым, профессором Алексеем Миллером и украинским исследователем, профессором Георгием Касьяновым.

Синтезируя определения этих авторитетных историков, можно выделить наиболее характерные черты «исторической политики», как своеобразной разновидности политики, которая проводится государством или определенными политическими силами с использованием всех доступных ресурсов:
- с целью утверждения выгодных им интерпретаций прошлого как доминирующих;
- в интересах политических, культурных, этнических и других общественных групп в борьбе за власть, за ее удержание или перераспределение;
- является средством обеспечения политической, культурной или иных форм лояльности общественных групп, а также поддержания идеологического и политического контроля над ними.

В своем классическом виде она утвердилась при активной поддержке власти новой Польши («Рolityka historyczna»), где в 1988 году впервые среди посткоммунистических стран Восточной Европы был создан Институт национальной памяти – Комиссия по уголовному преследованию за преступления против польского народа (ИНП). Имея статус государственного историко-архивного учреждения, с целью расследования преступлений, совершенных против польских граждан, ИНП изучает деятельность органов государственной безопасности Польской народной республики (ПНР) в период с 1944 по 1990, а также спецслужб Третьего Рейха и СССР. С 2007 года ИНП осуществляет также люстрационные процедуры. Поэтому деятельность ИНП неоднократно использовалась властью в качестве орудия борьбы с политическими оппонентами. Достаточно вспомнить обвинения легендарного лидера «Солидарности», Президента Польши Леха Валенсы в сотрудничестве со спецслужбами ПНР в качестве агента под псевдонимом «Болек».

Накопленный Польшей опыт был использован большинством посткоммунистических стран Восточной Европы, в том числе Украиной, где в 2006 году по инициативе Президента Виктора Ющенко также был создан Украинский институт национальной памяти (УИНП). Специальным постановлением Кабинета Министров Украины от 16 ноября 2014 года № 684 УИНП получил статус центрального органа исполнительной власти, который реализует государственную политику в сфере восстановления и сохранения национальной памяти Украинского народа».

Современная Россия с целью распространения идей «РуЅЅкого мира», мифологизации истории путем массового тиражирования «духовных скреп», что является отражением их варианта внедрения «исторической политики», пошла другим путем. Там не стали перенимать польский или украинский опыт, создав 2009 года при Президенте РФ Комиссию по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России, которая просуществовала до 2012 года, однако была распущена после сокрушительной критики ведущих российских и иностранных историков. Зато, под личным руководством Владимира Путина, который находит время ежегодно встречаться с ведущими российскими учеными-обществоведами, «историческая политика» в РФ реализуется через министерства образования и науки, культуры, обороны; путем создания фонда «Историческая память» и оказание поддержки таким организациям как «Российское военно-историческое общество»; разработки «Концепции нового учебно-методического комплекса Отечественной истории» и «Историко-культурного стандарта как основы школьного учебника по истории России подобное.

Вдохновленные успехами по «восстановлению исторической справедливости» в виде оправдания аннексии Крыма, некоторые кремлевские историки даже сочли возможным пренебречь основными принципами научного исследования исторических фактов (объективности, историзма, всесторонности) и элементарной профессиональной этикой. Так, министр культуры РФ, доктор исторических наук (!!!) Владимир Медынский не постеснялся признать, что в его понимании: «Факты сами по себе значат не очень много. Скажу грубее: в деле исторической мифологии они вообще ничего не значат. Все начинается не с фактов, а с интерпретаций. Если вы любите свою родину, свой народ, то история, которую вы будете писать, всегда будет положительной».

Похоже, что профессиональным историкам независимой Украины в условиях превращения истории в арену ожесточенной политической борьбы также не следует ждать вожделенных демократических перемен в отношении власти к исследованию прошлого своего народа. Об этом, в частности, свидетельствуют поспешное, без должного обсуждения, принятие Верховной Радой Украины пакета декоммунизационных законов; их «энергичное» внедрение без учета исторических особенностей регионов; пренебрежение Президентом и Председателем Верховной Рады Украины открытым письмом 68-и авторитетных историков-обществоведов и политологов из Австрии, Великобритании, Испании, Канады, Германии, России, США, Турции, Украины, Швеции, Швейцарии с критикой антидемократических норм принятых законов; игнорирование властью заключения Венецианской комиссии о несоответствии некоторых норм этих законов стандартам Совета Европы. Как следствие, любого из украинских или иностранных историков, журналистов можно привлечь к ответственности за непризнание легитимной «борьбу за независимость Украины в ХХ веке» ОУН и УПА, или отрицание «криминального характера коммунистического тоталитарного режима 1917 – 1991 годов в Украине».

Такие действия красноречиво продемонстрировали готовность государства диктовать отечественным ученым «единственно правильный» подход к анализу исторических событий. В дальнейшем, следует ожидать усиления влияния на развитие исторической науки, дальнейших посягательств на интеллектуальную свободу исследователей, «мобилизации» ученых на поиск и отстаивание аргументов для борьбы с внешними и внутренними врагами; более решительного вмешательства в работу средств массовой информации. Увеличение бюджетного финансирования УИНП с 11-ти в 2016 году до 25,4 миллионов гривен в 2017 году означает, что действующая власть будет способствовать началу подготовительной работы по реальной передаче в УИНП отраслевых архивов спецслужб и правоохранительных органов Украины, продолжать финансировать определенные проекты, предоставлять преференции в оплате труда сотрудникам УИНП перед специалистами Института истории, археологии НАН Украины.

После оккупации Крыма и военной агрессии на Донбассе, если не навсегда, то, по крайней мере, на далекую перспективу, Россия потеряла значение стратегического партнера Украины. Пространство для развития диалога между историками обеих государств разрушено до основания. Следовательно, «заточенность» УИНП на отстаивание национальных интересов в информационной борьбе с раскрученным маховиком кремлевской псевдонаучной пропаганды заслуживает на поддержку гражданского общества.

Однако, «высокий градус дискуссии», который в современных конкретно-исторических условиях допустим в общении с подконтрольными Кремлю российскими фальсификаторами истории, совершенно неприемлем в деликатном деле налаживания взаимопонимания и примирения между соседними украинским и польским народами. К сожалению, за последние десятилетия мы неоднократно были свидетелями того, как интерпретация прошлого УИНП и польским ИНП, особенно при освещении трагических событий ХХ века, выходила далеко за пределы академической дискуссии и вызывала ожесточенные споры, которые переносились в сферу политики. Конфронтацию между украинцами и поляками из-за различных оценок деятельности ОУН-УПА и «Армии Крайовой» (АК) во время Второй мировой войны активно поддерживали, а часто и провоцировали спецслужбы шовинистически настроенной путинской России. Спекуляция на кровавых эпизодах вооруженной борьбы УПА с АК, противопоставление трагических страниц истории украино-польских взаимоотношений «добрососедским советско-польским отношениям» эпохи СССР, идеализация совместного участия Красной армии, советских партизан, «Армии Людовой» и «Войска Польского» в борьбе с германским Вермахтом стали важными элементами российской «исторической политики», направленной одновременно против Киева и Варшавы.

Интересам Кремля, в частности, отвечает «война с памятниками», которая вот уже десятилетия продолжается на территории Польши и Украины. Совершенный в октябре прошлого года акт вандализма в отношении памятника воинам УПА в селе Верхата Любачивского уезда Подкарпатского воеводства стал очередным примером уничтожения украинского места памяти после подобных преступлений в селах Грушовичи, Радруж, Молодич, Вербица, Монастырь, Пикуличи, Лески, которые были совершены в 2015 году. Якобы в ответ, 10 января текущего года в селе Гута Пеняцкая Бродовского района Львовской области поврежден памятный знак жертвам трагических событий февраля 1944 года, когда во время карательной акции немецких нацистов было уничтожено от 500 до 800 поляков, включая детей и женщин. В ночь с 24 на 25 января 2017 года был совершен акт надругательства над могилами почти двух тысяч поляков, расстрелянных в 1940 году отрядами НКВД по приказу Сталина, которые покоятся на территории Национального историко-мемориального заповедника «Быковнянские могилы» под Киевом. Не трудно догадаться, что режиссеры и исполнители этого бесчеловечного проекта имеют целью спровоцировать обострение и без того непростых отношений между поляками и украинцами, а также продемонстрировать Европейскому Союзу неспособность украинцев из-за своей ментальности «воинствующей орды» стать полноправными членами семьи европейских народов.

С горечью приходится констатировать, что из-за диаметрально противоположных оценок событий Второй мировой войны, в ближайшее время в Польше следует ожидать очередной волны антиукраинской риторики. Кроме совсем необязательного скандала, связанного с запретом мэру города Перемышль Роберту Фоме въезда на территорию Украины за участие в организованном польским ИНП марша праворадикальных сил, есть более весомая причина. В октябре 2016 года группа депутатов Сейма от праворадикального движения «Кукиз’15» предложила рассмотреть законопроект о внесении изменений в законодательство Республики Польша об ИНН. Они содержат положения о расширении перечня преступлений против польского народа, которые изучаются ИНП, пунктами о «преступлениях украинских националистов» и «украинских коллаборационистских формаций, сотрудничавших с третьим Рейхом».

Авторы законопроекта настаивают на необходимости принятия такого решения, поскольку в Украине, по их убеждению, идет процесс «отбеливания преступной деятельности ОУН и УПА», свидетельством чего стали:
- официальное включение в пантеон «Героев Украины» политического лидера ОУН Степан Бандера и главнокомандующего УПА Романа Шухевича;
- распространение практики увековечивания лидеров ОУН-УПА не только в западных регионах Украины, но и по всей стране;
- дальнейшее отрицание факта геноцида поляков на Волыни путем убеждения украинцев в том, что это было проявление «польско-украинской войны», как составляющей Второй мировой войны;
- приурочивание Дня защитника Отечества в Украине к дате создания УПА;
- реформирование структуры Службы безопасности Украины по образцу органов безопасности ОУН и УПА;
- идеализация бандеровского подполья как модели для создания вооруженных сил Украины, подразделений добровольцев, которые входят в ВСУ и напрямую идентифицируют себя с традициями национализма;
- распространение через средства массовой информации идеологии украинского национализма на все сферы социальной и общественной жизни в Украине, прославление деятельности ОУН-УПА на всех уровнях образования, от дошкольного до высшего.

И если позицию польских депутатов можно считать такой, который имеет черты антиукраинской «исторической политики», то дереабилитация нацистских преступников в Литве отражает стремление гражданского общества этой прибалтийской державы к торжеству принципов неотвратимости наказания, исторической правды и справедливости. Как известно, отдел спецрасследования Генеральной прокуратуры Литвы в 2016 году обнародовал списки 76 человек, чья причастность к геноциду евреев во время Второй мировой войны была подтверждена во время дополнительной проверки. Все они были осуждены за совершение преступлений еще советскими судами. Однако после восстановления государственности Верховный Суд Литвы не только реабилитировал, но и восстановил их в правах на собственность, предоставил льготы на приобретение жилья и земельных участков, назначил повышенные пенсии. Кстати, ветераны Второй мировой войны, которые воевали с нацизмом в составе Советской армии, всех льгот были лишены.

В таких условиях приоритетным направлением совместной работы украинских и польских историков, краеведов, журналистов должно стать фундаментальное исследование малоизвестных страниц истории Второй мировой войны, которые не вызывают наследственного отвращения в украинском и польском обществах. Одна из них – сравнительный анализ оккупационных режимов, внедренных немецкими нацистами на территории современных Украины и Польши. Такая благородная гуманистическая миссия не только предусмотрена законодательствами обоих государств, но и соответствует принципам христианской морали, которой утверждается уважительное отношение к памяти и могилам наших предков. Тем более, что во время немецкой оккупации в украинцев и поляков, которые проживали на территории современной Украины, частично Польши, Беларуси, стран Прибалтики были одни и те же палачи – Альфред Розенберг и Эрих Кох.

(продолжение следует...)

Александр Нечитайло, краевед
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
Оставить комментарий
Видео дня
Новости
  • Последние
  • Читаемое
  • Комментируют
Календарь публикаций
«    Ноябрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930