Авторизация

 
  •  Причиной смертельной перестрелки в Днепре назвали "экономические интересы" 
  •  Сeпаратисты сбили беспилотник OБСE в райoнe Дoнeцкoй фильтровальной станции 
  •  Донецк и Авдеевка oстались без воды 
  •  Бoeвики oбстрeливали украинскиe пoзиции из «Градов» и минометов 

Когда развитием движет война: три послания власти от лучших украинских хирургов-офтальмологов

Когда развитием движет война: три послания власти от лучших украинских хирургов-офтальмологовЗа последние два года украинские врачи, а в особенности хирурги-офтальмологи, приобрели бесценный опыт лечения военных ранений. А еще многим из них, кроме спасения своих пациентов, пришлось озаботиться совсем не свойственными хирургии вопросами: изучать особенности современных вооружений, военную тактику и логистику, и даже экономику. Потому что страна, ее правительственные и общественные институты оказались не готовы к войне и ее последствиям.

А еще война обнажила и продолжает заострять множество проблем, которых «на гражданке» власти упрямо не замечали. … Наиболее актуальные из них стали предметом обсуждения на симпозиуме «Современная офтальмология. Повреждения органа зрения в мирное и военное время», организованного в конце октября департаментом здравоохранения Министерства обороны, Украинской военно-медицинской академией, Главным военным клиническим госпиталем и Министерством здравоохранения Украины.

1. Сохранение зрения работоспособных граждан экономически выгодно государству. Главное, чтобы само государство это понимало

Глаза – один из самых важных для человека органов чувств. И даже частичная потеря зрения может разрушить жизнь, особенно если речь идет о молодых, трудоспособных людях – в частности тех, кто борется с вражеским вторжением на Востоке нашей страны. Ведь замену глазу еще не придумали. И если потерявший руку человек может заменить ее бионической (что хоть и очень дорого, но вполне реально даже для Украины), то потеря глаза – невосполнима. Инвалиды зрения в Украине могут рассчитывать, к сожалению, лишь на скудную пенсию и в большинстве своем не являются экономически активными членами общества. При этом 65-80% из них – люди трудоспособные, моложе 45 лет. Поэтому государство должно быть заинтересовано, в том числе экономически, чтобы люди теряли зрение как можно меньше: как из-за травм, так и по причине заболеваний органов зрения.

Но это в теории, а на практике в Украине сложилась парадоксальная ситуация: у человека больше шансов сохранить зрение, если он повредил глаз, чем при какой-либо болезни, – травма глаза – всего лишь на третьем месте в «рейтинге» причин инвалидности по потере зрения. Потому что пострадавшему предоставят первую помощь и «по скорой» доставят в медицинский центр, где им займутся врачи. Которые, кстати говоря, в Украине высококлассные: 80% офтальмологов – специалисты высшей и первой категории, более 80% - аттестованные специалисты.

А вот в случае заболевания все намного печальнее. Человек годами может понемногу терять зрение и ничего не делать по этому поводу, пока не станет слишком поздно. Почему? Не только потому, что лечиться в нашей стране дорого. В наших поликлиниках – дефицит глазных врачей. Более 80% всех вакантных должностей в поликлиниках Украины – это должности офтальмологов. Из-за этого зачастую людям некуда обратиться по месту жительства, чтобы просто проверить зрение. И они оттягивают визит к врачу, насколько это возможно. А когда, наконец, попадают на прием, выясняется, что спохватились слишком поздно…

Как рассказала Оксана Витовская, главный офтальмолог Министерства здравоохранения Украины, заведующая кафедры офтальмологии Национального медицинского университета им. О.О. Богомольца, доктор медицинский наук, огромной проблемой украинского общества является уровень инвалидности в результате незамеченных вовремя заболеваний глаз. У каждого 5-го пациента с глаукомой ее выявляют на 3-4-й стадии, когда медицина уже бессильна: «Если в случае катаракты уровень инвалидизации за последние три десятилетия снизился в 6 раз, а из-за травм и миопии – в 1,5 раза, то количество инвалидностей из-за глаукомы возросло в 5 раз, в 2,5 раза – из-за патологии роговицы, в 2 раза – из-за патологии глазного дна».

Напомним, травма глаза (это притом, что в Украине – война!) – на третьем месте в «рейтинге» причин инвалидности по потере зрения в 2015 году. Потому что ее уверенно теснят глаукома (1 место) и патология глазного дна (2 место).

Мировой опыт подсказывает, что легче предупредить, чем вылечить. Во-первых, утверждают медики, государству следует обратить внимание на количество доврачебных кабинетов, где проводят измерения внутриглазного давления, глаукомных кабинетов, а также на качество профосмотров. Кроме того, население нужно воспитывать, не только рассказывая об опасностях хронических заболеваний глаз, но и приучая проходить такие осмотры регулярно, а не только в случае ухудшения зрения.

Проблема осложняется еще и тем, что сейчас в Украине происходит реформа системы здравоохранения – вернее, ее пытаются провести при отсутствии многих необходимых ресурсов и наличии, скажем так, некоторой настороженности по отношению к нововведениям – как со стороны пациентов, так и врачей. Последние не без оснований опасаются потерять существующие кадры, не говоря уже о подготовке достойной смены. И в этих условиях без активного содействия государства врачебное сообщество не сможет «своими силами» и качество офтальмологической помощи сохранить, и доступ всего населения страны к этой самой помощи обеспечить.

2. Война – это, в первую очередь, логистика. И военная медицина – тоже

Чтобы спасти раненого, его, для начала, еще надо доставить туда, где его смогут прооперировать. Нужно обеспечить профильные (и военные, и гражданские) медицинские учреждения, их врачей всеми необходимыми ресурсами: оборудованием, материалами, финансировать лечение.

Все это – вопросы организационного характера, порой даже бюрократические: координация действий между системами военной и гражданской медицины, а также волонтерами, обучение самих бойцов азам оказания первой помощи при различных ранениях, разработка и внедрение логистических решений для эвакуации и лечения раненых, изучения опыта других стран, чьи вооруженные силы принимали или принимают в настоящее время активное участие в боевых действиях…

Именно это в ходе упомянутой конференции обсуждали руководители и ведущие специалисты лучших офтальмологических учреждений Украины, представители компаний – разработчиков медицинского оборудования и препаратов, представители Минобороны и Минздрава. Организаторы конференции: заместитель министра обороны Украины по вопросам европейской интеграции Игорь Долгов, главный офтальмолог Министерства обороны Украины, начальник клиники офтальмологии Главного военного клинического госпиталя, кандидат медицинских наук Богдан Жупан, главный офтальмолог Министерства здравоохранения Украины, заведующая кафедры офтальмологии Национального медицинского университета им. О.О. Богомольца, доктор медицинских наук Оксана Витовская, директор Института глазных заболеваний и тканевой терапии им. В.П. Филатова, д. мед. н. Наталия Пасечникова, завкафедры офтальмологии НМАПО им. П.Л. Шупика, д. мед. н. Сергей Рыков, замдиректора вышеупомянутого института Филатова, д. мед. н. Владимир Науменко, президент ассоциации офтальмохирургов Украины, основатель собственной офтальмологической клиники, д. мед. н. Андрей Сергиенко, директор Днепропетровской областной клинической офтальмологической клиники, д. мед. н. Валерий Сердюк и многие другие отличные врачи, которым помимо лечения сложнейших травм, с которыми им в мирной жизни сталкиваться почти не приходилось, пришлось принимать участие или даже инициировать разработку схем и протоколов предоставления медпомощи раненым в АТО.



До недавнего времени военные травмы глаз в независимой Украине были в диковинку. Впервые врачи столкнулись с потоком таких больных во время Революции Достоинства. Тогда, в декабре 2013 года в столичную Александровскую больницу начали поступать участники Евромайдана.

Как рассказала Оксана Витовская, в Александровскую больницу (единственный сегодня городской центр травм глаза, где предоставляется неотложная помощь взрослому населению) с декабря 2013 г. до марта 2014-го поступили 250 человек – участников событий на Майдане Независимости. Их глаза пострадали от контузий, проникающих ранений, ушибов, ожогов и т.д. Это было первое настоящее «боевое крещение» украинских хирургов.

И, к сожалению, далеко не последнее: только за 2014 – 2015 гг. и только в учреждения Минздрава (то есть в систему гражданской медицины) поступили 600 раненых в зоне АТО. При этом у 80% из них травмы глаз сочетались с другими ранениями. Как рассказывали выступающие на конференции, иногда раненому оперируют не только глаз, но и другие поврежденные органы. Такие операции требуют тщательной организации работы в медицинском учреждении, а также высочайшего профессионализма и слаженности действий от хирургов и их «команд».

«В первые месяцы войны врачам пришлось провести огромное количество энуклеаций (удаление глазного яблока). Основная причина – неумение военнослужащих предоставить первую медицинскую помощь и фактическое отсутствие системы эвакуации раненых», поясняет Богдан Жупан. Систему пришлось создавать «с нуля в первые недели АТО, одновременно – срочно обучать бойцов элементарным навыкам оказания первой медпомощи, переучивать терапевтов», – дополняет Валерий Сердюк.

Так, вопреки отсутствию опыта ведения военных кампаний, дефицита кадров, ресурсов и денег, командование, волонтеры, сами врачи рисковали, импровизировали, пытались применять зарубежные логистические схемы, адаптировали их «под себя»… В конце концов, вырисовалась действующая, трехэтапная система эвакуации раненых (медицинская рота, военный мобильный госпиталь, военно-медицинский центр), которая, впрочем, признают сами военные, неидеальна.

Как говорит Богдан Жупан, «в армиях развитых странах офтальмологическая помощь – одноэтапная: раненого авиация доставляет в медицинский центр», где его оперируют. Так вероятность осложнений сводят к минимуму. В украинской же военной кампании, по состоянию на весну этого года, более 70% военнослужащих получали офтальмологическую помощь в три этапа, 22% – в 2, и только 8% прошли только один этап. При этом только каждый десятый попал на 3-й этап (операцию в региональном или центральном медицинском центре) в течение первых двух суток после ранения. Еще у 19% путь туда занял 3-5 суток, 40% ждали 3-го этапа медпомощи от 5 до 10 суток, еще 11% – более 10 суток. Но тут, говорят врачи, дело не только в «неидеальной организации». «Очень важный фактор – оперативно-тактическая обстановка, а также характер самих ранений (то есть, были ли у человека другие тяжелые травмы, кроме глазных)», – объясняет Богдан Жупан.

Именно поэтому военные офтальмологи предлагают создать в стране единую систему оказания помощи при травме глаза, в том числе – внедрить единые стандарты оказания офтальмологической помощи бойцам АТО. Зарубежные коллеги охотно делятся своими наработками в соответствующей сфере, да и собственных уже хватает – на симпозиуме представители нескольких отечественных офтальмологических центров делились опытом организации их работы. Именно на этом «живом» опыте построены предложения по разработке модели предоставления экстренной первичной и вторичной медицинской помощи, эвакуации раненых и организации лечения в специализированных медучреждениях министерств обороны и здравоохранения, принятые в ходе конференции. Остается надеяться, что чиновники, хотя бы в этот раз, прислушаются к практикующим медикам.

3. Тактические очки спасают зрение – но только если они «правильные»


Когда военные офтальмологи говорят об опыте оперирования глаз бойцов АТО, они обязательно добавляют: «…к сожалению»: «У нас уже есть, к сожалению, богатый опыт лечения такого-то повреждения». Лучше бы его не было, говорят они. Лучше, чтобы у бойца не было повода обращаться за помощью к врачу.

Но, к сожалению, каждая военная кампания современности более жестока, чем предыдущая, по отношению к глазам участников боевых действий. Богдан Жупан приводит страшную статистику, собранную по всему миру: «От войны к войне процент травм глаза растет – из-за внедрения все новых видов вооружений. Сегодня травмы глаза составляют, в среднем, почти 12% всех санитарных потерь в современных вооруженных конфликтах». Для сравнения: во время войны 1941-1945 гг. процент потерь глаза по отношению к остальным видам ранений был мизерным, в советской Афганской кампании – уже 5-6%, во время кампаний РФ в Чечне – 8-12%.

В «хит-параде» причин военной травмы глаза, говорят врачи, на первом месте – минновзрывные ранения, на втором – осколочные и пулевые, на третьем – тупая травма глаза. Но технический прогресс не стоит на месте: недавно появился новый вид поражения – световым излучением, или боевым (ослепляющим) лазером, буквально сжигающим сетчатку. Кроме того, страдают глаза и от банальных пыли, ветра, «снежной слепоты», песка…

Определенную, хотя и не абсолютную, защиту от вышеперечисленных опасностей предлагают тактические очки. Но война длится третий год, а бойцы продолжают жаловаться, что тактические очки, призванные защищать их глаза в бою, им только мешают. Поэтому бойцы снимают их – и теряют зрение.

«У нас каждый день поступает порядка трех бойцов, – жалуется Валерий Сердюк. – Мы боролись все время, чтобы в войсках у всех были тактические очки! И все, кто поступает к нам сейчас, могли бы к нам не попасть, если бы были в очках». Но тут речь идет не просто о «каких-нибудь» очках, – говорит он, – а с тремя сменными поверхностями для различных ситуаций!

Далеко не все, кто находится на передовой, имеют тактические очки с необходимыми – солнцезащитной, белой и желтой – сменными поверхностями. Более того, не все, в том числе и среди отвечающих за экипировку военнослужащих, понимают стратегическую важность этой вещи. Поэтому врачи настаивают, чтобы тактические очки со сменными поверхностями были внесены в список обязательной экипировки для военнослужащих.

Также врачи требуют дополнить боевые аптечки глазными каплями (антисептиком, анестетиком и антибиотиком). Промывание ими глаза в первые минуты после повреждения снижает риск заражения и осложнений.

И, самое главное, необходимо обеспечить целевое бюджетное финансирование центров, которые предоставляют ургентную узкоспециализированную помощь.

Ведь, повторимся, государству стратегически выгоднее прямо сейчас оплатить срочную «высокотехнологическую» операцию бойцу АТО, а еще лучше – обеспечить его лучшими имеющимися на мировом рынке средствами защиты, чем потом, на протяжении нескольких десятков лет, выплачивать ему пособие по инвалидности.

Трудоспособные молодые люди должны быть максимально здоровы – только так они будут полноценно задействованы в общественной и экономической жизни страны. Кто знает, сколько сейчас на передовой потенциальных патонов, антоновых и цукербергов? И сколько уже никогда не смогут ими стать…

Дарина Плотникова, «Вектор ньюз»
.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
Оставить комментарий
Видео дня
Календарь публикаций
«    Май 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031