Авторизация

 
  •  Причиной смертельной перестрелки в Днепре назвали "экономические интересы" 
  •  Сeпаратисты сбили беспилотник OБСE в райoнe Дoнeцкoй фильтровальной станции 
  •  Донецк и Авдеевка oстались без воды 
  •  Бoeвики oбстрeливали украинскиe пoзиции из «Градов» и минометов 

Дипломатические беседы: Игорь Турянский о современном этапе украино-турецких отношений

Дипломатические беседы: Игорь Турянский о современном этапе украино-турецких отношенийАнализируя современные внешнеполитические тенденции, многие эксперты, и даже дипломаты, в последнее время склонны упрощать объяснение различных процессов, происходящих в Украине. Это касается и украинско-турецких отношений: то Турция нам друг, то враг. То мы поддерживаем действия президента Эрдогана, то ругаем его за поездки к российскому коллеге... Однако, дипломатия - наука весьма тонкая, и не терпит грубых форм и поспешных выводов. Какими же на самом деле являются сегодня украино-турецкие отношения, как относиться к внешнеполитическим "разворотам" Турции - обо всем этом мы поговорили с Чрезвычайным и Полномочным Послом, первым украинским дипломатом наивысшего ранга на территории Турции Игорем Турянским.

- Игорь Мефодиевич, Анкара за довольно непродолжительное время сделала резкий крен от боевой риторики в отношениях с Москвой до унизительно-примирительных (как показалось многим) признаний собственной вины перед ней. Что, на ваш взгляд, стоит за этим: внутриполитическое желание Эрдогана победить на следующих выборах или внешнеполитическое – подразнить Европу, которая не видит Турцию в ЕС?
- Со стороны казалось, что Анкара сделала резкий поворот в своих отношениях с Россией. В пользу вывода о таком «повороте» свидетельствовал и визит Эрдогана в Санкт-Петербург, и его очень внимательное лицо во время переговоров с Путиным. На самом деле такое «сближение» двух стран было подготовлено как продолжительным временем (практически полугодичным), которое прошло после известного инцидента с самолетом СУ-24, так и пониманием руководителями обеих государств неизбежности восстановления двустороннего сотрудничества, учитывая, прежде всего, экономические реалии. Ведь именно экономические связи влияли, влияют и будут влиять на любые политические решения любой страны. От введения Россией комплексных репрессалий против Турции (приостановление ряда крупных строительных проектов на российской территории, замораживание строительства в Турции атомной электростанции, президентская «рекомендация» (читай: запрет) российским туристам воздержаться от поездок к Средиземному морю на отдых, публичное уничтожение турецких овощей и фруктов и т.п.) пострадали обе страны, взаимозависимость экономик которых в последние годы значительно усилилась. Оба президента поняли, что пришло время возвращаться к Status quo. При этом эксперты и аналитики до сих пор спорят, извинился ли на самом деле Эрдоган за сбитый самолет, или лишь выразил свое сочувствие в связи с инцидентом, который произошел в конце ноября 2015 года. Об истинных же причинах, почему именно тогда и именно таким способом Турция и Россия решили сделать шаги навстречу друг другу, знают, наверное, президенты стран и те приближенные к ним, кто эти шаги готовил для сообщений общественности и миру. Однако не успел Эрдоган заявить на сессии Генеральной Ассамблеи в Нью-Йорке, что Турция поддерживает территориальную целостность Украины (такие заявления она уже делала неоднократно), как Россия устами одного из руководителей Государственной Думы заявила, что «наша дружба с Турцией имеет достаточно условный характер. У нас создается впечатление, что Эрдоган старается играть на одном рояле несколько партий». Вот вам и турецко-российское «примирение».

- Турция — это главный форпост по приему беженцев. ЕС ей выделяет с разной степенью периодичности деньги на их прием и содержание. С одной стороны, Турция всячески выражает недовольство тем, что она оказалась один на один с мигрантской волной, хотя деньги и идут. А с другой — тот же Эрдоган официально заявляет, что готов рассмотреть вопрос о предоставлении им гражданства. Чего, на ваш взгляд, в этом больше: прагматизма Эрдогана, желающего получить лишние голоса на выборах, или популизма?
- Ситуация с беженцами, преимущественно с сирийскими, сегодня выглядит просто катастрофически. На территории Турецкой Республики находится, по разным оценкам, 2-2,5 миллиона сирийских граждан, которые ищут не просто лучшей судьбы в сытой и благополучной, с их точки зрения, Европе, а спасают свою жизнь в условиях продолжающейся и все еще не затихающей гражданской войны в стране, в которую уже давно грубо вмешалась Россия. Надо подчеркнуть, что мусульманские семьи традиционно многодетные и проживают они вместе: родители, дети и представители старших поколений. Если такая семья уже отправится в далекий иммиграционный путь, полный рисков и разных опасностей, то она всегда будет держаться вместе: и старики, и взрослые, и дети. И здесь рано или поздно возникнут вопросы и о лекарствах для старшего и младшего поколения семьи, и о соответствующем питании, о котором в условиях жизни в палаточных лагерях при условии отсутствия элементарных бытовых и санитарно-гигиенических условий не стоит и мечтать. Европейский Союз предоставляет огромную финансовую и материальную помощь Турции для смягчения негативного влияния на ее экономику последствий содержания такого большого количества беженцев. Он имеет в виду, прежде всего, необходимость остановить, не допустить их на свою территорию. И здесь вступает в игру большая политика, переступая через страдания миллионов людей. Финансовая и политическая выгоды набирают вес. Эрдоган - не исключение. Именно эти два фактора определяют его поведение. Как и каждый политик, он хочет купить дешевле, а продать дороже, чувствуя, что движущие рычаги сирийской миграционной ситуации у него в руках.

- Турция недавно начала «Щит Евфрата» — фактически полномасштабную военную операцию против ИГИЛ в Сирии. В заявлении Эрдогана по этому поводу также говорится, что Турция преисполнена решимости нанести поражение и экстремистам из Курдской рабочей партии, и исламистам, возглавляемым Фетуллой Гюленом, который находится в эмиграции в США.
- Уже несколько десятилетий подряд один, а то и два раза в год, регулярные подразделения турецкой армии, включая танковые, осуществляли и осуществляют военные операции на иракских территориях, которые контролируются не центральным правительством, а курдским так называемым местным самоуправлением. Конечно, обе стороны несут потери в живой силе и технике. Таким образом турецкая армия хочет подавить деятельность боевиков Курдской рабочей партии не только на своей территории в провинции Диярбакир, но и на территории соседнего государства, откуда их поддерживают. Сегодня такая операция называется «Евфрат». К тому же, учитывая неконтролируемость сирийско-турецкой границы, большое количество сирийских беженцев, деятельность ИГИЛ, турецкие войска решили расширить масштабы своей «традиционной» активности в этом регионе. Я думаю, что со временем турецкие военные отойдут на свою территорию, чтобы в недалеком будущем (скорее всего, весной) снова повторить свой «рейд». Решение проблемы лежит в плоскости большой мировой политики, поскольку курды могут остановиться лишь при условии создания своего независимого государства на части территорий сегодняшних Турции, Ирака и Сирии, что, с учетом мировых и региональных политических раскладов, выглядит просто нереально.

- Нет ли у Вас ощущения, что Турция может стать для Вашингтона тем же, чем до недавнего времени был (или до сих пор остается) Тегеран? Прямое свидетельство этого — решение о переводе американского ядерного оружия из Турции в Румынию.
- Думаю, что решение Соединенных Штатов о передислокации ядерного оружия с территории Турецкой Республики было принято под влиянием последних событий в этой стране, которые, начавшись в ночь с 15-го на 16-е июля 2016 года, все еще не закончились. Свидетельством этого стало недавнее увольнение 300 чиновников Министерства молодежи и спорта за причастность к попытке военного переворота в стране. В причастность этих людей к трагическим событиям почти трехмесячной давности может поверить лишь невежда. Но мы имеем то, что имеем. Американцы приняли свое решение после блокирования военной базы Инджирлик, именно на которой и находилось, по некоторым сообщениям, от 50 до 90 единиц тактического ядерного оружия. Сделали они это, очевидно, чтобы быть, как говорится, подальше от греха, а проще, чтобы предотвратить несанкционированное ее использование.

- Очень многие считают, что при Эрдогане Турция практически отошла от заветов Ататюрка и становится все больше исламистским государством (пусть и с налетом светскости). Не стало ли это очередным подтверждением известного постулата Киплинга «о Востоке и Западе, которым никогда не суждено сойтись…», несмотря на все мосты через Босфор…
- Борьба между кемалистами (сторонниками первого Президента Турецкой Республики Мустафы Кемаля Ататюрка) и их противниками началась еще в 1923 году, сразу после провозглашения республиканского устройства страны, и продолжается практически по сегодняшний день. Она в определенной степени напоминает такие групповые чисто физические соревнования, как перетягивание каната. Гарантом светского пути развития Турции М.К. Ататюрком были определены вооруженные силы, которые время от времени «корректировали» политический курс страны, осуществляя государственные перевороты с разными последствиями для тех, кто на то время удерживал власть в своих руках. Предыдущие действия военных были успешными, чего не скажешь о последней попытке, если верить многочисленным заявлениям экспертов и аналитиков о том, что она была инспирирована самым Эрдоганом и потому с самого начала была обречена. Постепенный отход страны от принципов Ататюрка был заметен давно (усиление влияния радикальных мусульманских лидеров на жизнь Турции, строительство большого количества новых культовых сооружений и т.п). Однако в последнее время он приобрел очень высокие темпы.

- Есть ли в Турции до сих пор настроения пантюркизма, Великой Порты и прочей постимперской архаичной идеологии, которая сейчас так распространена, например, в России?
- Такие настроения, очевидно, существуют в отдельных прослойках общества и прежде всего, среди части исследователей истории страны и представителей ортодоксальных мусульманских кругов. Однако, я думаю, они не получили заметного общественного распространения. Но это сегодня. 23 года назад, во время первого совещания руководителей украинских зарубежных дипломатических и консульских учреждений, которое состоялось в марте-апреле 1993-го года, представители средств массовой информации нашей страны спрашивали меня, не посягает ли Турция на Крым. Кто тогда мог предугадать, что на Крым через много лет посягнет совсем другая страна?

- Количество репрессированных в Турции после переворота достигает нескольких тысяч человек. На ваш взгляд, может ли это говорить об: а) параноидальности Эрдогана; б) действительно большом количестве недовольных его политикой в стране среди военных, интеллигенции; в) желании президента Турции таким своеобразным способом зачистить любое проявление инакомыслия в своей стране и сделать прививку от него другим сомневающимся в правильности его курса?
- В результате попытки государственного переворота в Турции более 200 человек погибло. От своих обязанностей было отстранено около 300 сотрудников внешнеполитического ведомства страны, 30 академиков, 15 тыс. учителей, 140 судей Верховного Суда страны, 1500 деканов и ректоров высших учебных заведений, 9 тыс. государственных служащих, 8 тыс. полицейских, 149 генералов и адмиралов, что составляет 40 % высшего командного состава. Кроме того, была прекращена работа трех информационных агентств, 16 телеканалов, 29 издательств, закрыто 45 ежедневных газет и 23 радиостанции. 46 тысячам граждан были заблокированы загранпаспорта. Наконец, в стране на три месяца было введено чрезвычайное положение и упразднено действие Европейской конвенции по правам человека. Вы верите в то, что такое большое количество государственных служащих, представителей Вооруженных Сил страны, правоохранителей, работников образования, журналистов было причастно к попытке государственного переворота? Воспользовавшись ею, Эрдоган, я думаю, решил полностью изменить в свою пользу политико-общественный ландшафт страны и продемонстрировать обществу и миру, кто истинный хозяин в Турецкой Республике. Путч придушен, но стабильности в обществе нет. Она не может быть достигнута репрессивными средствами. Любое насилие провоцирует насилие. Турция остается расколотой приблизительно на две части: одна — за Эрдогана, другая – против него.

- Турция после России — крупнейшее и мощнейшее государство, с которым граничит наша страна. Чего не хватает Киеву и Анкаре для еще более полного использования всех возможностей, которые открывает эта территориальная близость? Ведь Киев, насколько мы понимаем, в угоду Анкаре не признал геноцид армян?
- Киеву не хватает последовательной, взвешенной и наступательной внешней политики не только в отношении к дружеской и соседней Турции. Вспомните, когда в последний раз министр иностранных дел или его заместители осуществляли визиты в те европейских страны, которые поддерживают политику России. Как близкий сосед намного более мощной в экономическом плане и довольно влиятельной страны в регионе, члена НАТО с 1952 года, активной в черноморском бассейне страны, контролирующей, согласно Конвенции Монтре 1936 года, проливы Босфор и Дарданеллы и действительно находящаяся на границе двух миров, Украина, как мне кажется, должна быть более заинтересованной в укреплении и в углублении двусторонних отношений с ней в разных областях. Животворящим мостиком в украинско-турецких взаимоотношениях были и остаются крымские татары. Наша же пассивность, надежда на то, что «как-то оно будет» мешают более полному использованию турецкого потенциала в украинских национальных интересах.

- История с Крымом (до известных событий), с учетом его исторического прошлого, могла получится вполне красивой. Например, Украина предоставляет режим наибольшего льготного благоприятствования, Турция – инвестиции, курортные технологии... И Крым стал бы настоящей конфеткой, которая была бы приятна всеми без исключения. Вместо этого получилась некрасивая история с Россией. Рассматривала ли Турция Крым в такой ипостаси?
- В 1993 году, когда по инициативе турецкой стороны создавались два важных региональных объединения причерноморских государств – Черноморское Экономическое Сотрудничество (ЧЭС) и Парламентская Ассамблея Черноморского Экономического Сотрудничества (ПАЧЭС), — один из народных депутатов Украины, который со временем стал премьер-министром Автономной Республики Крым, был проинформирован о развитии туристического потенциала Турции, направленного, в том числе, и на бывшие республики к тому времени уже бывшего СССР. Тогда он сказал: «За пять лет мы сделаем Крым намного более привлекательным для отдыха наших граждан, чем Турция». Думаю, излишне задавать вопрос, а что же мы там сделали хотя бы до 2013 года, то есть на протяжении двадцати (!) лет.

- Если это не дипломатическая тайна, какими могли бы быть совместные проекты между Турцией и Украиной и почему они не состоялись?
- Сегодня украинский рынок переполнен текстильными турецкими товарами, как и турецкий — украинским металлоломом. Если же говорить о более серьезных вещах, в том числе о политических, экономических и о вопросах безопасности, то следует отметить, что наше государство относительно Турции имеет интересы в таких сферах: прежде всего, в политической. Украина должна бы обеспечить более тесное двустороннее сотрудничество в ООН и в других международных организациях, в частности, в ОБСЕ. В сфере безопасности: Украина очень заинтересована в гарантиях безопасности в Черноморском регионе, учитывая наращивание военного присутствия России на крымском полуострове и фактическое уничтожение российскими оккупантами собственных военно-морских сил. В экономической: в контексте привлечения финансовой помощи для стабилизации экономической ситуации в стране и проведения дальнейших переговоров о заключении Соглашения о зоне свободной торговли. В энергетической: в решении вопроса о транспортировке сжиженного природного газа через проливы Босфор и Дарданеллы. В гуманитарной: привлечения турецкой стороны к дальнейшему предоставлению помощи крымским татарам и к укреплению их связей с крымскотатарской диаспорой в Турции. Объединение украинско-турецких усилий на международной арене с целью противодействия России: по поводу запрета деятельности Меджлиса крымскотатарского народа и по вопросу постоянных нарушений в Крыму прав человека.

Сегодня есть основания говорить об определенном «окне возможностей», которое приоткрывается в двусторонних украинско-турецких отношениях и которое, при условии эффективной деятельности украинской дипломатии, может способствовать их подъему на качественно новый уровень. Хочется надеяться, что вновь назначенный Посол Украины в Турецкой Республике Андрей Сибига сможет направить работу Посольства на разработку и реализацию стратегических приоритетов двустороннего сотрудничества Украины и Турции.

Беседовал Константин Николаев, "Вектор ньюз"
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
Оставить комментарий
Видео дня
Новости
  • Последние
  • Читаемое
  • Комментируют
Календарь публикаций
«    Декабрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031